позвоните нам

+7 926 914 48 86

или свяжитесь

с нами онлайн

центр психологического консультирования и развития
А У ВАС В ДЕТСТВЕ БЫЛО ПРОЗВИЩЕ?

А У ВАС В ДЕТСТВЕ БЫЛО ПРОЗВИЩЕ?

 

О том, как неосознанно присваиваемые детям «ярлыки» влияют на становление их личности

 


 

Как-то раз, в гостях у приятельницы, я вдруг обратила внимание на прозвища, которые закреплены за каждым членом в их семье. Марина (36 лет) -так зовут мою приятельницу- в семье откликается на «шибко умная». Я задумалась над этим обращением, насколько верно оно отражает черты личности ее обладательницы и откуда оно взялось?

Марина с детства была очень независимой девочкой и на все имела свое собственное мнение. Много времени проводила за чтением разнообразной литературы и, как полагается, хорошо училась в школе. Она уже и не помнит, как ее стали называть «шибко умной», но зато припоминает свои чувства, когда это происходило. Марина очень расстраивалась и недоумевала, почему всегда, когда она высказывала собственное мнение, у родителей это вызывало раздражение? Со временем, девочка стала сдерживать себя в комментариях, но прозвище и высказывания на тему ее «умничаний» прочно закрепились за ней. Марине часто приходилось отдуваться за выходки младших брата и сестры, не только потому, что она была старше, но и из-за того, что была «шибко умной», а значит, чаще несла ответственность, как бы ситуация ни складывалась. В их семье часто поговаривали: «С умных - двойной спрос, а красивым и блаженным — снисхождение!». Сейчас, будучи взрослой, Марина часто оказывается в конфликтных ситуациях. Ей вменяют высокомерие и уникальную «осведомленность» во всех вопросах, которая со временем начинает раздражать ее коллег. Женщины либо завидуют и конкурируют с ней, либо открыто конфликтуют, из-за чего приходится часто менять работу. Отношения с мужчинами складываются по одному сценарию. Мариной сначала восхищаются, прислушиваются к ее мнению, благоговеют перед ней. А потом приходит череда ссор и выяснения отношений. Мужчины обвиняют ее в подавлении их мужской самости, а Марина обвиняет их в несостоятельности. Марина одна воспитывает дочь. Девочка с трудом учится в школе и с не меньшим трудом заводит друзей. Что вызывает у Марины бурные эмоции и недоумение, приводящие к многочасовым беседам на тему "Как надо жить?"

 

В данной статье мы попытаемся разобраться: как и почему за детьми в различных семьях закрепляются прозвища и как, таким образом, задаются определенные роли. А это уже сказывается в дальнейшем на жизни взрослых людей, продолжающих нести с собой по жизни эти «ярлыки».

 

Про принцесс, умников и ужасных плакс

 

Как часто можно услышать такие обращения родителей к своим детям:

«Саша, перестань тянуть резину и живо собирайся в школу, копуша!»

«София, ты опять ревешь! По любому поводу распускаешь нюни, как плакса!»

«Принцесса моя, тебя сегодня похвалила учительница?!»

«Наш старший - очень трудный ребенок! Думаю, мы с ним еще намучаемся!»

«Маша, ну что ты вечно встреваешь в наш разговор и все комментируешь?! Ну, прям семейный адвокат, ни меньше!»

«А, где наша тихоня?! Опять прячется в своей комнате?»

 

Периодически на прием приходят обеспокоенные мамочки, рассказывающие о проблемах своих детей. Практически каждая из них, использует определенную характеристику в виде прозвища своего ребенка. Подробно изучая семейную историю, я всегда пытаюсь понять, как ребенок получил свой ярлык. И оказывается, что ярлык по началу используется совсем безобидно. Но в дальнейшем, прочно закрепляется за ним, и уже становится частью личности маленького человека.

Вот что рассказала о своем 5 летнем сыне Вера при первой встрече: «Ваня еще с младенчества был требовательным ребенком. Громко кричал, когда в чем-то нуждался, будь то грудь или бутылочка с водой!». Уже тогда родители, обратили внимание, что их сын не сдавался «без боя», если чего-то хотел. Он агрессивно пытался отобрать желаемую вещь, бросался с кулаками и устраивал истерики. Папа гстал гордо именовать сына «бойцом». Его умиляли активность и настойчивость сына, он считал эти качества истинно мужскими. Если сына приводили на площадку, то обязательно случалась маленькая потасовка среди малышей, и всегда зачинщиком выступал Ваня. Многие родители предъявляли Вере претензии по поводу того, что ее сын невоспитанный и агрессивный ребенок. Дома же Ваню поощряли в проявлении мужского характера и не давали других примеров взаимодействия с окружающими. Так что Вере приходилось искать все новые и новые места для прогулок с сыном, желательно, безлюдные, дабы избежать конфликтов с другими мамочками. Когда пришло время поступления в детский сад, Вера очень переживала за адаптацию сына в детском коллективе. Муж опасения жены не разделял: «Да, Ванька и в прям очень бойкий! Ну, это и хорошо, нужно уметь «брать быка за рога» в наше время! Станет директором!». В 4 года Ваню все-таки пришлось отдать в сад, так как Вера вышла на работу. И ее худшие опасения подтвердились. Ваня плохо сходился с детьми и часто бывал наказан за плохое поведение. Он подолгу сидел один на стульчике и не общался с ребятами. Каждое утро начиналось с того, что он умолял родителей оставить его дома и не вести в сад. «Я там всех ненавижу, все плохие!» - рыдал мальчик, швыряя все, что попадалось ему под руку. Постепенно у Вани нарушились сон и питание. Его стало часто тошнить и появились ночные кошмары. Вера была в отчаянии. Муж же считал, что кошмары снятся практически всем детям и что сына надо просто больше наказывать, чтобы не вызывал рвоту специально. Вера не знала, как помочь сыну и не видела выхода из сложившейся ситуации. Она обратилась к психологу втайне от мужа.

 

В последующей работе с Верой мы много времени посвятили образу бескомпромиссного «бойца», который так прочно «прикрепился» к их малолетнему сыну. И насколько тяжело было Ване в конфликте интересов противостоять обществу, которое его отвергало и соответствовать требованиям родителей, которые принимали только сильные стороны его характера, не позволяя проявлять слабые, которые, конечно, имели место быть, но о них даже не упоминалось.

 

Когда речь идет об отрицательно окрашенных ярлыках, большинство родителей без сомнения согласятся с вредом, которые они могут нанести ребенку. Тут легко поставить себя на его место. Предположим, муж обращается к своей жене, которая только что два часа провела на кухне: «Тупица, как ты могла испортить столько свежих продуктов и приготовить такой отвратительный суп?!». Согласитесь, что такой посыл вызвал бы у нее много различных чувств: обиду, злость, отчаяние и т. п. А если бы, к тому же, она периодически бы слышала саркастические истории, рассказанные их общим друзьям про то, какая она плохая хозяйка?!

 

А что касается ярлыков, положительно окрашенных?

 

Следующий пример проиллюстрирует трудности, с которыми так же может столкнуться ребенок, несмотря на то, что «ярлык» для него был предназначен абсолютно «положительный».

 

На прием ко мне пришла Вероника, интеллигентная женщина, 35лет. Ее дочь Маша, 14 лет, с нового учебного года перевелась в элитную школу, престижного московского района, так как вся семья переехала в новую квартиру. И через полгода с Машей стали твориться невообразимые, по меркам родителей, вещи. Сначала Маше не нравилось в новой школе, она часто ходила грустная, могла подолгу плакать в своей комнате. Родители всячески подбадривали свою дочь. Говорили, что вскоре она привыкнет и к новой обстановке, и к новому коллективу. И произошло чудо: Маша стала свыкаться на новом месте, даже записалась в театральный кружок. С удовольствием рассказывала о новых приятелях, стала наконец-то возвращаться позже домой, как все подростки в ее возрасте. Родителям очень нравились новые перемены в их малышке. А ведь раньше их пай-девочка мало с кем общалась, была замкнутой, стеснительной. После школы сразу шла домой и часами сидела над учебниками, зазубривая новый материал. Родители считали, что с возрастом это пройдет, ведь у нее было много других хороших качеств, которые помогут ей в жизни. Маша была ласковая, добрая и очень послушная. Много хлопотала по дому, ухаживала за больной бабушкой в отсутствие родителей. «Наша умница» - так называли ее домашние. Все шло хорошо, пока однажды Маша не попросила родителей начать называть ее по-новому — Марго, объяснив это сменой имиджа и тем, что она взрослеет. Родители были обескуражены такими заявлениями. Вскоре после этих событий, Маша начала меняться не в лучшую сторону. «У нее, как будто что-то внутри переключилось! Наша умница стала превращаться в «разбойницу»!»- чуть не плача, говорила мама. Маша стала раздражительной, нетерпимой к родительским просьбам. Игнорировала обязанности по дому. У нее резко поменялись вкусы в одежде, в еде, в увлечениях. Девочка саботировала правила, которые не нарушались в их семье. Стала приходить за полночь, мама начала улавливать запах алкоголя и табака. На расспросы мамы, девочка реагировала только вспышками гнева. «Ее как будто подменили! Куда же делась наша дочь?!» - вопрошала психолога Вероника, в надежде, вернуть свою «умницу».

В ходе работы с семьей Маши выяснилось, что родители совсем не знали свою дочь. О ее настоящих переживаниях, о ее дерзких мечтаниях, про первую влюбленность в 4 классе и про позор (как самой дочери казалось) на школьном новогоднем празднике. Роль «умницы» в семье Маша играла очень виртуозно! Только ее отношения с родителями не были по-настоящему близкими...

 

Как иллюстрируют те немногочисленные примеры, часто неосознанно даваемые, ярлыки могут быть причиной психологических неприятностей, как для ребенка, так и для родителей. У детей они отбирают свободу расти и становиться теми, кем они могли бы стать. А родителей лишают близости быть рядом с детьми, которые могли бы быть самими собой! Так почему же множество родителей используют их?

 

Маленькие домашние роли — большие жизненные драмы

 

Многие родители прибегают к «навешиванию ярлыков» на своих чад, а те, в свою очередь, выбирают определенные стратегии поведения в заданных условиях. Причин так поступать у родителей много. И вот самые распространенные варианты таких взаимодействий:

 

Первая причина - легкий и быстрый способ выражения чувств и эмоций.

Ярлыки используются в таких ситуациях для экономии времени и сил. Родителю, оказавшемуся в ситуации нехватки времени и внимания, например, за рулем автомобиля или в спешке, при просмотре захватывающего матча или будучи занятым мыслями о проблемах на работе, проще отреагировать на поведение ребенка короткой, отрезвляющей и емкой фразой, передающей всю палитру чувств в одночасье. «Рот закрой, истеричка!» или «Вот вечно ты безрукий!». Это — действенный экспресс-способ по утилизации негативных эмоций, приносящий мгновенное облегчение взрослому. К сожалению, если у родителя такая реакция автоматизирована, то ребенок часто попадает под «горячую руку» без суда и следствия. Прежде всего, это обижает и злит любого ребенка. В нем накапливается много различных чувств, которым тоже необходим выход. Если у ребенка нет возможности отреагировать свою обиду и такие ситуации происходят довольно часто, то привести это может к разным последствиям. Ребенок будет культивировать свое плохое поведение — действовать, как бы, от обратного. А может замкнуться в себе, и тогда его переживания «выльются» в психосоматику - у него появятся различные телесные симптомы (головная боль, боли в животе, рвота, дерматит, частые простуды и нарушение сна и т. п.). Накопленные, не пережитые эмоции, будут переживаться не ребенком, у которого не хватает эмоциональных ресурсов, а всем его организмом.

 

 

Вторая причина — перекладывание ответственности на детей

Часто родители прибегают к различным рационализациям для оправдания своего поведения. Ярлыки, «навешиваемые» на детей, служат неким оправданием для них самих.

Например: «Мой Николя - сова! Поэтому невозможно установить нормальный режим дня для него!». Этой мамочке самой трудно организовать свое время и пространство. Она любит понежится в кровати до полудня. Организовывая режим дня для сына, ей придется вставать рано и все делать во - время. Такие усилия слишком затратны для нее, легче наделить ребенка ярлыком «совы» и снять с себя ответственность. По крайней мере, до похода ребенком с детское учреждение, где режим является неотъемлемой нормой. Как показывает практика, дети начавшие ходить в сад, нередко перерождаются из «сов» в «жаворонков»! То же может касаться гастрономических пристрастий привередливого ребенка (не предлагали разнообразную свежеприготовленную пищу, больше склонялись к консервам), затрудненному приучению к элементарным гигиеническим навыкам (долго использовали памперсы для облегчения жизни мамы) и т. д…

 

Еще один пример, который часто встречается в жизни - это «ребенок-неженка» или отрицательно окрашенный ярлык - «ребенок-истерик». Мамочкам кажется, что их ребенок очень «чувствительный». Они уверяют, что с раннего детства их чада больше нуждались в постоянном присутствии взрослого и были чрезмерно беспокойными, в отличие от других детей. Учитывая то, что все младенцы до определенного периода умеют только спать, бодрствовать и сигнализировать о своих потребностях плачем, то «чувствительными», можно считать всех рождающихся младенцев. В перманентных физическом уходе и эмоциональной включенности мамы нуждаются все, без исключения дети, т.к. это основа развития сознания и личности ребенка, но до определенного возраста. Если мама удовлетворена, спокойна и может продолжить реализовывать другие задачи в жизни, помимо материнства, то ее малыш будет расти самостоятельным и независимым. В обратном случае, если мама неосознанно боится стать «ненужной», то она будет продолжать чрезмерно опекать, беспокоиться о здоровье, пресекать исследовательскую активность, тем самым все больше привязывая к себе подрастающую «неженку». И вуаля, ярлык повешен, жизнь ребенка теперь полностью зависит от матери. И тогда, любое отдаление матери от малыша, грозит детскими истериками, ночными кошмарами, травмирующей адаптацией к любым социальным институтам (детскому саду, школе, спортивным и творческим студиям) или вовсе невозможностью где-либо оставаться без нее. Нередки случаи, например ухода матерей с работы или вовсе тотальная подстройка жизни матери под ритм и нужды гиперсензитивного (гиперчувствительного) ребенка.

 

 

 

Третья причина - «эффект ореола»

Это - психический механизм взаимодействия с человеком, когда ему приписывают определенные качества, основываясь на своем отношении к нему.

Например, можно услышать от матери: «Да, Леночка у нас такая эмоциональная, все время настроение меняется! Ну, прям как я в детстве!» В этом случае ребенка определили в группу эмоционально нестабильных на основе внешнего сходства дочки и мамы, которое так умиляет родственников.

Еще одним ярким примером может послужить Владимир - отец двух погодок, мальчика и девочки. Владимир долго мечтал о дочке. И когда первым родился мальчик, он откровенно расстроился. И стал пуще прежнего желать дочь. И вот родилась его принцесса, отец обезумел от счастья. Папа относился к дочке, как к священному сокровищу, на фоне безразличного отношения к своему первенцу. На многое, в поведении дочери, закрывал глаза, а наказание чаще нес сын. Когда дети ссорились, провокатором к драке зачастую, была дочь. Но, от отца можно было услышать следующее: «Вадик, отойди от нее, она же девочка!» - «Папа, но она первая начала! Она обзывается!»- кричал сын. «Принцесса моя, отойди от этого грубияна!»- как будто бы не замечая сына, настаивал папаша.

Можно представить, что будет с мальчиком Вадимом через лет 10. Будучи агрессивным подростком (много накопленной агрессии и боли), Вадик будет ненавидеть женщин и презирать авторитетные мужские фигуры (начальников, кураторов), одновременно их побаиваясь. Или возможен другой вариант: мальчик будет стараться завоевать любовь папы, через сходство с девочками, которых папа так любит (гомосексуализм). А маленькая принцесса, высока вероятность, превратится в капризную инфантильную эгоцентричную барышню, которая будет манипулировать молодыми людьми и искать поддержки у взрослых мужчин (как, когда-то у папы), так как при такой опеке не повзрослеет никогда.

 

Четвертая причина - психическое расщепление

Это базовый защитный механизм, позволяющий человеку расщепить окружающее на две противоположенные части для более легкого восприятия. Все упрощается до таких понятий, как черное и белое, добро и зло, правда и ложь. Например, при конфликте двух детей родителю легче обвинить одного и оправдать другого. И не разобравшись в ситуации, одному ребенку приписать роль «ангела» (жертвы), а другому — роль «демона» (агрессора). На выяснение всех обстоятельств потратится масса времени и сил, к тому же, это непросто. И практикуется классическое объяснение: «виноват старший», «он мальчик - значит обижал сестру" и т.п. К таким же последствиям приводят и постоянные сравнения в русле: «Твой брат такой аккуратный/отличник/рукастый, а ты, вот, неряха/тупица/безрукий». Дети, в таких семьях воспринимают через полярные роли, в зависимости от сложившейся ситуации. И, вырастая, воспроизводят свои роли на работе и в семье.

Детям, которым навязывают определенные роли, да еще и в отрыве от реальности, очень трудно ориентироваться в жизни. Их представления, как перевернутые картинки, бывает невозможно встроить в пазл реальной жизни.

 

Ярлыки и роли, используемые в повседневном взаимодействии, влияют на детское самоощущение и самовосприятие. Вешая на ребенка ярлык, родитель лишает его способности правильно воспринимать ситуацию. Ребенок видит проблему в себе, а не в своем поведении. Он оказывается бессильным что-либо изменить в лучшую сторону. А ему жизненно важно знать, что им довольны, его принимают и понимают. Ребенок может поверить в то, что любовь к нему зависит от того, является ли он «послушным мальчиком» или «умной девочкой». И тогда, он искренне, а порой с неистовством, начнет играть навязанную ему роль, чтобы эту любовь (а случае ярлыков негативных хотя бы просто внимание) заслужить.

Как же освободить детей от ролей?

 

Освободиться от личины

 

Ярлыки имеют свойство надолго приклеиваться и даже срастаться с человеком. Но дети очень пластичные создания. И если задаться целью, освободить детей от ролей, то можно достигнуть хороших результатов, повысив качество его жизни.

 

 

Итак, первое: попробовать общаться со своим ребенком неформально - меньше говорить и больше слушать, а главное - воздержаться от нравоучений. И тогда много нового можно узнать о своих детях. Безоценочное внимательное слушание помогает наладить более доверительные отношения. Этому посвящено много книжек по налаживанию отношений с детьми.

 

Второе: нужно провести разделительную черту между поступком ребенка и им самим. Комментируя его поведение, необходимо сообщать и о своих чувствах. Например: «Меня очень расстраивает то, что ты забыл о моей просьбе!» вместо претензии: «Какой ты безответственный!». Описание того, что Вы чувствуете, видите, слышите поможет ребенку разобраться в том, что он сделал не так и скорректировать свое поведение.

 

Третье: можно попытаться вовлечь ребенка в такую ситуацию, где бы он мог взглянуть на себя новыми глазами: «Саша, угостишь детей во дворе печеньем, которое мы с тобой приготовили?» - снимаем ярлык «стеснительности». «Ты вчера так хорошо поиграл с маленькой Машей!» - убираем клеймо «задиры», даже если ребенок провел с той Машей всего пару минут, но зато без неприязни.

 

Четвертое: пусть Ваш ребенок случайно услышит, как Вы рассказываете, что-то положительное о нем своим друзьям: «Сегодня Ваня самостоятельно сделал покупки в магазине!».

 

Пятое: показывайте на собственном примере, обсуждайте и репетируйте ту модель поведения, которую хотите помочь освоить Вашему ребенку: «Когда мне страшно и неловко в новом коллективе, я все равно улыбаюсь новым людям - и со мной начинают общаться!».

 

Шестое: храните в памяти важные события - «победы» Вашего ребенка, на пути достижения заветной цели! - «Как громко и с каким выражением, ты рассказывала стихотворение в гостях у тети Юли на прошлый Новый Год!».

 

Когда принимаешь решение что-то изменить — главное не сходить с намеченного пути, что бывает непросто. Но большая свобода и близость в отношениях с нашими детьми с лихвой окупает все затраченные усилия.

 

Автор: Липченко Агата